Выборы в Украине не за горами. Война движется к завершению, поэтому Киев пожертвовал Варшавой ради нескольких медалей [АНАЛИЗ]

«Говори, что ты слаб, когда ты силён, а когда ты слаб – говори, что ты силён». Похоже, и Украина, и Россия в своей стратегии действий всерьёз взяли на вооружение эти слова Сунь-цзы, китайского военного мыслителя, жившего 2500 лет назад. И это вовсе не ирония, поскольку его книга «Искусство войны» уже многие годы является обязательным чтением в военных академиях и центрах подготовки разведчиков в России. Уже много месяцев «туман войны» заполняет информационное пространство, и вычленить из него реальность чрезвычайно трудно. Средства массовой информации в основном опираются на официальные заявления той или иной стороны, которые нередко насыщены пропагандой в соответствии с заветами древнего полководца. Попробуем же воспользоваться методом деконструкции Жака Деррида и поискать истину на полях.

Встреча стран «Большой семёрки»: ожидание конкретных решений

Различные саммиты – будь то встречи государств «Большой семёрки», так называемой Коалиции желающих или другие совещания политиков, принимающих решения, – как правило, подводят итог предварительной работе экспертных групп. Именно отобранные специалисты и дипломаты отдельных стран вырабатывают детали соглашений и договорённостей, которые затем объявляют их руководители на заключительных пресс-конференциях. Саммиты – это вспышки фотокамер, официальные заявления и, одним словом, результат тяжёлой работы, проделанной за кулисами. Если исходить из такого понимания, стоит задуматься, каких результатов принесло недавно завершившееся заседание стран «Большой семёрки».

Соединённые Штаты, Европа и Украина, как сообщается, ведут переговоры о лицензировании производства американского оружия за рубежом, однако пока неясно, где именно это производство могло бы быть размещено, – справедливо отмечают специалисты Института изучения войны в своём последнем докладе, посвящённом итогам встречи во Франции. В совместном заявлении представители государств сообщили, что «готовы рассмотреть» возможность предоставления Украине лицензий на расширение украинского военного производства, вероятно имея в виду, чтобы Соединённые Штаты разрешили выпуск ракет-перехватчиков для комплексов Patriot в Украине или в Европе.

Однако пока всё это остаётся в сфере предположений, поскольку путь к запуску такого производства ещё очень долог. Сначала Соединённые Штаты должны вообще разрешить своим компаниям вести подобную деятельность за рубежом, затем действительно выдать лицензии, а не только рассматривать такую возможность, после чего выбрать конкретное место размещения производства и организовать соответствующие предприятия. Это выглядит весьма сложной задачей, особенно в условиях войны, когда Россия не прекращает наносить удары по военным объектам на территории Украины. Можно предположить, что завод по производству ракет Patriot ещё на стадии строительства стал бы одной из важнейших стратегических целей для российской армии.

Тем временем Дональд Трамп вновь изменил свою позицию. Если во время саммита «Большой семёрки» он заявлял о поддержке Украины, то уже спустя несколько часов утверждал, что, поскольку Соединённые Штаты предоставили Украине помощь на сотни миллиардов долларов, следовало бы проверить, куда именно были направлены эти средства.

Лидеры стран «Большой семёрки» также заявили, что будет целесообразным увеличение поставок Украине систем противовоздушной обороны, а также поддержка её усилий по нанесению дальнобойных ударов по целям на территории России. Однако и здесь мы вновь сталкиваемся с суровой реальностью. Подобные заявления о намерении поддерживать Украину звучали уже неоднократно: мы видели, как западные лидеры решительно стучали кулаком по столу, подписывали меморандумы и протоколы о намерениях, но действительность остаётся неумолимой.

Сегодня мир живёт в условиях растущих угроз. Многие государства, в том числе европейские страны, члены НАТО, государства Персидского залива и страны Азии, опасаются возможной агрессии со стороны России, Ирана или Китая. Военные ресурсы, включая запасы ракет для комплексов Patriot, существенно сократились после войны Соединённых Штатов с Ираном. За считанные дни были практически полностью израсходованы запасы, которые накапливались годами. По оценкам специалистов, страны Персидского залива использовали около 2500 различных ракет противовоздушной обороны уже в первые дни конфликта. На складах, как утверждается, осталось лишь несколько сотен таких боеприпасов. Годовой объём производства в Соединённых Штатах составляет около 650 единиц. Поэтому совершенно очевидно, что государства этого широкого союза в первую очередь будут стремиться удовлетворить собственные потребности и восполнить истощённые запасы.

На данный момент только Великобритания подтвердила конкретную поддержку Киеву в виде ста ракет Patriot. Всё остальное пока остаётся в сфере надежд и обещаний.

Читайте также: Удовлетворить Дональда Трампа. Являются ли мирные переговоры симуляцией, созданной для США? [АНАЛИЗ]

Президент Украины Владимир Зеленский, а также, в частности, министр иностранных дел Украины Андрей Сибига уже несколько лет практически ежедневно обращаются к партнёрам с призывами усилить украинскую противовоздушную оборону. Однако в условиях глобального страха эти просьбы учитываются лишь потому, что мало кто хотел бы увидеть Киев в короткие сроки стёртым с лица земли. Даже на фоне растущего нежелания западных обществ продолжать поддержку Украины подобное развитие событий выглядело бы крайне неблагоприятно (к этому вопросу мы ещё вернёмся в дальнейшей части анализа).

Поэтому не складывается впечатления, что целью союзников является предоставление Киеву полной свободы в уничтожении любого количества российских средств воздушного нападения. И в последние месяцы это становится всё более очевидным. Украина, располагающая ограниченными ресурсами, всё чаще вынуждена выбирать, какую цель сбивать, а какую пропускать. Тем более что российские войска изменили свою тактику.

Ещё в прошлом году жители Киева, услышав сигналы воздушной тревоги, предупреждавшие о приближении волн ракет и беспилотников, далеко не всегда спешили укрываться в убежищах. В 2026 году киевский метрополитен каждую ночь принимает более 40 тысяч человек – население, сопоставимое с небольшим районным центром. Люди приносят с собой палатки и матрасы, готовясь провести всю ночь в укрытии, поскольку всё больше ракет, прежде всего баллистических, таких как «Искандер-М» и «Циркон», достигают своих целей, среди которых нередко гражданские объекты. Опасения, что удар придётся именно по моему дому, усиливаются по мере роста вероятности таких попаданий, о чём свидетельствуют сообщения  с мест трагедий.

Помимо Киева, бомбардировкам подвергаются и другие города Украины, хотя в средствах массовой информации об этом говорят уже значительно реже. Если бы журналисты сообщали обо всех подобных событиях, новостные выпуски пришлось бы посвящать исключительно этой теме. Харьков фактически превратился в прифронтовой город, а сигналы воздушной тревоги там звучат почти непрерывно. Из тридцати дней мая сирены в области выли без остановки более двадцати шести суток. Угроза практически не исчезала ни на минуту.

Опасной стала и Одесса, а также Днепр. Не говоря уже о городах, расположенных в нескольких десятках километров от линии фронта, таких как Запорожье, Павлоград, Сумы и Изюм. Средств противовоздушной обороны катастрофически не хватает, и, независимо от заверений, звучащих из кабинетов мировых лидеров, система ПВО становится всё более избирательной и всё более уязвимой.

Украина или Россия? Кто побеждает?

Это зависит от ответа, можно ли вообще в войне такого типа, что сегодня идёт в Украине, определить победителя и проигравшего. Если судить по сообщениям украинских средств массовой информации и ряда ведущих западных медиа, то они наполнены сведениями об успехах Вооружённых сил Украины – в частности, об ударах по объектам в глубине российской территории и о территориальных приобретениях Украины, которые превосходят российские. Однако, как это часто бывает, дьявол кроется в деталях.

Действительно, если рассматривать абсолютные цифры и сравнивать статистику именно таким образом (ведь, если поверить статистике, когда мы гуляем с собакой, у каждого из нас в среднем по три ноги), то подобная картина выглядит благоприятной для Киева. Но и здесь мы вновь сталкиваемся с жёсткой реальностью. На военных картах трудно найти территории, которые Россия оккупировала в период с 2022 по 2025 год и которые вернулись под контроль Украины в результате боевых действий 2026 года. Скорее речь идёт о своеобразном перетягивании каната на линии фронта, чем о действительно продуманных и стратегически выверенных операциях.

Российские войска наносят удары там, где украинская сторона из-за ограниченности ресурсов вынуждена временно ослаблять оборону. Если территория, занятая россиянами, имеет для Киева стратегическое значение, туда перебрасываются силы и участок удаётся вернуть под контроль. Однако это происходит ценой потерь, которые для Украины оказываются особенно болезненными.

Примером могут служить бои в районе Доброполья на Донбассе, к северу от Покровска. В 2025 году российские войска, ведя наступление на Покровск и Мирноград, сумели несколькими небольшими группами прорваться к одной из главных логистических магистралей, соединяющих Днепр с Краматорском, и заняли там более пятидесяти квадратных километров территории. Ценой значительных усилий, в том числе военнослужащих 3-й дивизии, этот район удалось вернуть. Воспользовавшись сложившейся ситуацией, российские силы, в свою очередь, активизировали наступление на запорожском направлении, сумели занять Гуляйполе и выдвинуться на более выгодные позиции для атак на Покровское, Петропавловку и Павлоград. Последствия этого ощущаются до сих пор, поскольку уровень угрозы для этих городов значительно возрос.

Читайте также: Северск падает. Россияне уже в городе. Фронт дрожит, а Дональд Трамп хвастается, что не помогает

Крупнейшим успехом Украины за последние месяцы стало освобождение Купянска. Контроль над этим городом без преувеличения рассматривается как вопрос жизни и смерти для значительной части Харьковской области. Дело в том, что Купянск, Изюм и Балаклея образуют логистический треугольник, расположенный на возвышенностях. Потеря любого из этих городов грозит катастрофой и возвращением ситуации времён оккупации 2022 года.

Купянск – это ещё несколько десятков квадратных километров территории, которые можно записать в статистику украинских успехов. Однако возникает вопрос: действительно ли город пригоден для жизни и можно ли считать его освобождённым? Скорее это зона смерти, доступ в которую в значительной степени имеют лишь беспилотники и роботизированные системы, а любой человек или транспортное средство, оказавшиеся поблизости, становятся целью.

Похожее противостояние продолжается и в районе Орехова. Российские войска продвинулись примерно на восемь километров в направлении Запорожья, заняли, в частности, Степногорск и Каменское. После тяжёлых боёв украинским силам удалось остановить их наступление и отбросить противника примерно на два с половиной километра. Однако и этого недостаточно для того, чтобы сегодня можно было свободно передвигаться по местным дорогам, находящимся в зоне поражения FPV-дронов. Их возможности частично ограничиваются сотнями километров противодроновых сетей, которыми покрыты обширные территории востока Украины.

На фоне череды успехов и неудач почти незаметно для широкой публики постепенно переходит под контроль российских войск ещё один важный – после Покровска и Гуляйполя – в стратегическом и военном отношении украинский город. Речь идёт о Константиновке, расположенной на трассе, которая прежде связывала Краматорск, Бахмут и Донецк. Окружающие высоты долгое время позволяли Украине удерживать подступы к этой части Донбасса.

Российские войска уже многие месяцы ведут бои за Константиновку и её окрестности. Поэтому происходящее трудно назвать оглушительным успехом Кремля. Тем не менее Владимир Путин медленно и последовательно добивается поставленных целей, ведя войну, далёкую от блицкрига, однако чрезвычайно изматывающую украинское общество.

Одновременно Россия вынуждает Украину прикрывать территории, имеющие ключевое значение для обороны всей страны. Российские силы постепенно занимают земли вдоль государственной границы. Им удалось продвинуться на территорию общей площадью около 200 квадратных километров, создав несколько чувствительных для украинской обороны плацдармов в разных регионах страны, прежде всего в Сумской области.

Дорога из Сум в Харьков стала настолько опасной, что часть перевозок пришлось ограничить. Российские позиции находятся примерно в восьми километрах от восточной обходной дороги и в двадцати восьми километрах от основной трассы между этими городами. Это означает не только потерю новых населённых пунктов и вынужденную эвакуацию жителей с территории площадью в несколько сотен квадратных километров, но и появление ещё одной проблемной точки на карте для украинской армии, испытывающей нехватку личного состава.

Мирные переговоры. Кто заинтересован в них и почему это не Путин?

С января 2025 года, то есть с того момента, как начались знаменитые «24 часа Дональда Трампа», за которые он обещал чудесным образом завершить войну в Украине, утекло уже немало воды. За прошедшие полтора года сам Трамп успел спровоцировать несколько конфликтов и часть из них – с большим или меньшим успехом – завершить.

Для Владимира Путина был расстелен красный ковёр, российская повестка вновь вернулась на международную арену, а кремлёвская пропаганда после четырёх лет жестокой войны против Украины сумела – пусть осторожно, но вполне заметно – проникнуть в официальные сообщения мировых информационных агентств. Её тезисы цитируются западной прессой, в том числе польскими средствами массовой информации. Это, безусловно, успех Москвы. Благодаря этому она получает возможность, ссылаясь на демократические ценности, свободу слова или даже иногда на международное право, убеждать аудиторию в собственной правоте, манипулируя нашими эмоциями и преподнося свои аргументы как часть объективной картины мира.

Таким образом, западные медиа всё чаще переключают внимание уже не только на преступления, совершаемые российскими войсками в Украине, но и на так называемые «противоречивые аспекты» действий Украины. В подобной интерпретации к ним могут относить, например, удары по Москве и другим регионам Российской Федерации, а также исторические вопросы, связанные с Польшей. В результате возник информационный хаос, пришедший на смену простому и очевидному факту: именно Россия развязала войну против Украины, и ответственность за каждую смерть и каждое разрушение лежит на Владимире Путине.

В результате то российский диктатор, то Владимир Зеленский подаются администрацией Соединённых Штатов как сторона, которая препятствует заключению мирного соглашения. Между тем после заявления Владимира Путина от 9 мая 2026 года о том, что окончание войны уже близко, интенсивность ударов по Украине лишь возросла, а число жертв и масштаб разрушений продолжает увеличиваться. Военная машина не только не остановилась, но, похоже, вновь набирает обороты.

Трёхсторонние, двусторонние и даже односторонние переговоры не изменили позиций ни Украины, ни России. Каждая из сторон стремится убедить собственное общество, зарубежную аудиторию и администрацию Дональда Трампа в том, что именно она проявляет большую готовность к миру, чем её противник. Как и в ситуации на фронте, в дипломатической сфере мы наблюдаем одновременно и тупик, и постоянную борьбу за инициативу.

В действительности число опасных атак растёт как со стороны России, так и со стороны Киева. С одной стороны, это явная эскалация конфликта, а с другой – возможно, попытка занять более выгодную переговорную позицию. До сих пор именно Москва диктовала условия возможного, во многом призрачного мирного соглашения. Теперь же Украина пытается склонить чашу весов в свою пользу, чтобы иметь возможность предъявлять собственные требования за столом переговоров.

Продолжаются попытки убедить президента России согласиться на прямые переговоры, однако сигнал из Кремля пока остаётся однозначным: «Нам не о чем разговаривать». После того как Владимир Путин с начала президентского срока Дональда Трампа нарушил большинство данных обещаний, политические преимущества, связанные с демонстрацией открытости к диалогу, сегодня находятся на стороне Владимира Зеленского. Отсюда и стремление окончательно убедить Соединённые Штаты в том, что именно Москва не заинтересована в мире. Ведь именно это постоянно ставят под сомнение как сам Дональд Трамп, так и многие члены его администрации.

Читайте также: Переговоры с Россией. Мир как инструмент войны – российская стратегия на протяжении 100 лет [АНАЛИЗ]

Владимир Зеленский рассчитывает, что Владимир Путин откажется от визита в Соединённые Штаты, тем самым окончательно поставив крест на своих переговорных перспективах. Именно такова нынешняя инициатива: провести трёхсторонние мирные переговоры на территории Соединённых Штатов под пристальным наблюдением посредника – Дональда Трампа. Для американского президента это стал бы почти идеальный подарок, поскольку он вступает в завершающую фазу предвыборной кампании перед осенними выборами в Конгресс. Завершение войны в Украине или хотя бы достижение временного прекращения огня могло бы убедить избирателей в эффективности американского лидера и помочь ему без серьёзных потерь пройти через политическую бурю предстоящего голосования. Если Республиканская партия утратит большинство, эпоха практически неограниченной власти Дональда Трампа завершится, а на горизонте появится вполне реальная угроза импичмента.

Выборы в Украине

У нас нет достоверной информации на этот счёт, однако нетрудно представить, что любой политик, сталкиваясь с подобными обстоятельствами, будет стремиться выстроить ситуацию таким образом, чтобы она оказалась выгодной для него с электоральной точки зрения. Если бы в ближайшее время – в идеальном сценарии уже летом 2026 года – удалось достичь хотя бы хрупкого соглашения между Украиной и Россией, а Киев на этом фоне принял бы решение провести президентские и парламентские выборы, геополитическая повестка полностью затмила бы американскую предвыборную кампанию и позволила бы Дональду Трампу без серьёзных политических потерь продолжить своё, как выражаются его критики, привычное управление страной. Поэтому можно предположить, что республиканская администрация предпринимает немало усилий для реализации именно такого сценария.

Вероятно, именно поэтому, несмотря на очевидную эскалацию боевых действий, разговоры о возможном прекращении огня в Украине звучат всё чаще. Безусловно, в этом заинтересован и сам Владимир Зеленский, причём, похоже, значительно больше, чем Владимир Путин, поскольку именно президент Украины постоянно выступает за возобновление переговорного процесса.

К этому его подталкивает, в частности, хрупкость союза с Соединёнными Штатами, а также нависшая над страной угроза потери Донбасса. После Константиновки, по всей видимости, наступит очередь обороны Краматорска и Славянска. Почти не вызывает сомнений, что битва за эти города продлится многие месяцы и окажется крайне затратной для обеих сторон, что российское руководство прекрасно понимает.

Поэтому российские войска пытаются, подобно тому, как украинские силы в своё время действовали под Мариуполем, перерезать оставшиеся логистические маршруты, чтобы максимально осложнить ведение обороны. Это понимают и в Украине: если падут последние укреплённые районы, линия фронта может стремительно сместиться более чем на сто километров, армия понесёт тяжёлые потери, а государственная казна окажется истощённой. Чем дольше продолжается война, тем тяжелее становится положение Киева.

Украинское общество всё сильнее устаёт от затянувшейся войны, а моральный дух населения серьёзно подорвали не только тяжёлая зима, но и коррупционные скандалы в высших эшелонах власти. Хотя Владимиру Зеленскому удалось сохранить свои позиции, избавившись от многих скомпрометировавших себя фигур, включая близких соратников и давних друзей, уровень его поддержки заметно снизился. Согласно последним социологическим исследованиям, 67% граждан Украины хотели бы смены власти после окончания войны. Тем не менее по-прежнему действует негласное соглашение, согласно которому до завершения конфликта вопрос о смене руководства страны не поднимается. А действующая власть – это Владимир Зеленский, который не раз говорил о себе: «Украина – это я». По крайней мере, до выборов.

Многие признаки, заметные на периферии переговорного процесса, а также во внутренней и внешней политике Украины, свидетельствуют о том, что конец войны – в том или ином варианте – действительно приближается. Отдельные государства, равно как и украинские политики, начинают определяться с тем, какую сторону они займут в будущем.

Похоже, Владимир Зеленский пришёл к выводу, что бороться за пророссийский или русскоязычный электорат уже не имеет смысла – и тому есть немало причин. Именно поэтому недавно был принят закон о защите языков национальных меньшинств в Украине, из которого русский язык был исключён. Украина ещё больше сблизилась с Европейским союзом, чего желает часть общества, а именно эти граждане являются потенциальными избирателями действующего президента. Ранее были открыты границы для молодёжи до 24 лет – и это также электоральная база партии «Слуга народа».

Под влиянием нескольких лет изнурительной войны и экзистенциальной угрозы для всего народа и национальной культуры значительная часть украинского общества радикализировалась. Многие люди открыто заявляют о националистических взглядах. Для них любая форма зависимости неприемлема, поскольку война, по их убеждению, ведётся именно за свободу. Поэтому они совершенно не представляют себе возвращения к прежней эпохе, когда условия диктовала Москва. Однако и стремление к вступлению в Европейский союз не является для них особо сильным мотивом.

Они предпочли бы видеть свою страну полностью независимой, с одним государственным языком, без мигрантов, с национальным бизнесом, для которого иностранные инвестиции являются лишь своеобразной прививкой: их принимают для того, чтобы помочь экономике восстановиться, а затем перестать от них зависеть. Инвестиции должны дать толчок развитию экономики, однако, согласно представлениям людей, относящих себя к украинским националистам, подавляющее большинство предприятий должно оставаться украинским и приносить выгоду исключительно Украине. Уже сейчас некоторые иностранные предприниматели усматривают в многочисленных проверках или в ускоренных тендерных процедурах, которые выигрывают новые олигархи, признаки формирования нового порядка, не предполагающего раздела экономических выгод с внешними игроками.

С войны вернутся и ветераны, которые будут ощущать большую и, по их мнению, более справедливую и обоснованную ответственность за будущее страны. На этот раз они наверняка захотят проследить за тем, чтобы к власти не пришли люди, против которых они фактически боролись все эти годы, а также чтобы во власть не вернулись коррумпированные чиновники, которые, по мнению многих украинских военнослужащих, тоже несут ответственность за их потери, поскольку занимались сомнительными схемами в то время, когда солдаты сражались с российскими войсками.

Наиболее влиятельной силой в современной украинской армии, удерживающей сотни километров линии фронта и отличающейся высоким уровнем организованности, являются военнослужащие 3-й дивизии, а также бойцы «Азова» и подразделения «Кракен». Все формирования, входящие в эти структуры, апеллируют к националистическим, национально-государственным и патриотическим идеям, уделяя огромное внимание национально-освободительным аспектам украинской истории, в том числе истории Украинской повстанческой армии. Деятельность Украинской повстанческой армии, независимо от того, как её оценивают, в частности, в Польше, рассматривается ими как продиктованная интересами нации. В их представлении благо народа способно оправдать любые действия, поскольку Украина для них – «превыше всего».

Украина пожертвовала Польшей, потому что цена оказалась невысокой

Владимир Зеленский никогда не пользовался особой симпатией в этих кругах, несмотря на предпринимавшиеся ранее попытки наладить контакт, одной из которых стала, например, встреча с Ярославом Гунькой в Канаде в 2023 году. Тогда немало споров вызвал сам факт представления именно этого ветерана Владимиру Зеленскому. Гуньку назвали героем Второй мировой войны, сражавшимся против советской власти, однако при этом умолчали о том, что он служил в 14-й гренадерской дивизии войск СС «Галичина». В условиях нынешней войны с Россией подобные символы нередко смешиваются между собой, позволяя неудобным страницам прошлого незаметно уходить на второй план и объявляться несущественными в данный конкретный момент. На них закрывают глаза почти так же легко, как и на вопросы, касающиеся окружения главы государства. Логика проста: «Сначала нужно выиграть войну и выжить, а всё остальное подождёт».

Об этом писал и Сунь-цзы в своём трактате. «Не меняют командование во время сражения, потому что это приведёт к поражению». Поэтому вместо того, чтобы отстранять Владимира Зеленского от власти или создавать национальный совет, как в своё время предлагали оппозиция и бывший президент Украины Пётр Порошенко, предпринимаются попытки вновь объединить общество. Независимо от цены, которую придётся за это заплатить.

Владимир Зеленский, подобно Василию Голобородько – главному герою сериала «Слуга народа», – в совершенстве овладел искусством превращать собственные неудачи в политические преимущества. Ведь, как писал тот же Сунь-цзы, иногда необходимо проиграть битву, чтобы впоследствии выиграть войну. Электорат, настроенный националистически, невозможно было бы привлечь на свою сторону лишь ещё более жёсткой антироссийской риторикой. Для украинцев это очевидно. Однако если присмотреться к людям, формирующим взгляды этой части общества, становится ясно, что объектом их критики является не только Москва.

Вахтанг Кипиани, автор книг об Украинской повстанческой армии, а также правоконсервативные комментаторы – журналист Александр Зинченко и историк Владимир Вятрович, образующие своеобразный медийный триумвират, – нередко противопоставляют Украине именно Варшаву. Поэтому для того, чтобы заручиться поддержкой этой среды, искать общественное единство и реинтеграцию пришлось именно через конфликт с Польшей.

Нетрудно предположить, что на Банковой прекрасно понимали: присвоение одному из подразделений Сил специальных операций имени героев Украинской повстанческой армии вызовет волну негативных комментариев в Польше, где антиукраинские настроения среди правой и пророссийски настроенной части общества уже несколько лет последовательно подогреваются и доводятся до предела. Однако цена ухудшения партнёрских отношений с Варшавой для Киева не выглядит особенно высокой. Польша как государство – член НАТО в любом случае будет вынуждена выполнять стратегические задачи Альянса. Кроме того, Марк Рютте давно поддерживает дружеские отношения с Владимиром Зеленским, регулярно посещает Киев и нередко открыто выступает против отдельных аспектов политики Вашингтона.

Своего рода подарок этой политической линии сделал и президент Польши Кароль Навроцкий, заявив, что лишит Владимира Зеленского ордена Белого Орла. Для Украины трудно было представить более удачное развитие событий. Политики и дипломаты, пользующиеся общественной поддержкой и считающиеся союзниками Владимира Зеленского, один за другим начали возвращать свои ордена и награды. В результате Польша в глазах украинского общества и международного сообщества предстала в образе непонятного зачинщика конфликтов. Ведь в тот момент, когда горят Москва и Санкт-Петербург, когда Кремль убивает мирных жителей и осуществляет массированные обстрелы Украины, именно тогда Польша, как это было представлено, отворачивается от Киева. При этом любые исторические аргументы в пользу такого шага вряд ли будут понятны португальцам, французам или канадцам, которые сидят с Владимиром Зеленским за одним столом и обмениваются с ним дипломатическими знаками внимания и наградами. Попутно Украина провела в Польше своеобразную негласную люстрацию: с лиц многих политиков, чьи симпатии, по мнению автора, тяготеют к Кремлю, спали маски.

Украина превыше всего

Жёсткая борьба за электорат, сложные отношения с Соединёнными Штатами и громкие, хотя и не вполне эффективные удары по российской столице складываются в единую стратегию Владимира Зеленского, направленную на достижение успеха на будущих послевоенных выборах.

И такая логика представляется вполне объяснимой. Без своего рода «Василия Голобородько» Украине после прекращения огня может грозить не только внутренний конфликт, но и сценарий распада государства с приходом к власти скрытых союзников Кремля. Поэтому в интересах воюющей Украины – сделать всё возможное, даже ценой хрупкой и сравнительно недорогой дружбы с Польшей, чтобы не допустить подобных сценариев. Нравится это кому-либо в Польше или нет, но цена нескольких орденов выглядит весьма невысокой платой за сохранение независимости государства.

Если мирные переговоры в ближайшее время действительно начнутся, а многое указывает на то, что они будут возобновлены и, возможно, завершатся соглашением о замораживании конфликта, – поскольку Москва, вероятно, заинтересована в том, чтобы помочь Дональду Трампу сохранить власть, – Киеву необходимо позаботиться о том, чтобы за столом переговоров не оказаться в роли проигравшей стороны и объекта чужих решений. Украина стремится вести разговор с позиции силы, чтобы добиться максимально выгодных условий. Именно этой цели, по мысли автора, служат дым и огонь над Москвой, даже если подобные акции выглядят эффектно главным образом в кадрах камер и мобильных телефонов и не оказывают существенного влияния на ситуацию, в частности, вокруг Константиновки.

Существует множество предположений относительно того, кто мог бы заменить Владимира Зеленского. Станет ли таким человеком Кирилл Буданов, бывший руководитель военной разведки, а ныне глава Офиса Президента Украины? Или, возможно, генерал Валерий Залужный, пользующийся значительным доверием и симпатией общества? А может быть, кто-то из оппозиции, которая давно стремится получить власть?

Безусловно, о возвращении в большую политику задумывается Пётр Порошенко, активно поддерживающий военных и ассоциирующийся с националистическими кругами. Однако есть и другие претенденты. Среди возможных фигур часто называют влиятельных предпринимателей, таких как Ринат Ахметов или Сергей Тигипко. Пока всё это остаётся областью предположений, причём большинство из них носит откровенно спекулятивный характер и на данный момент вряд ли заслуживает серьёзного обсуждения.

Одно можно сказать наверняка: Владимир Зеленский, подобно Василию Голобородько – герою сериала «Слуга народа», – искренне верит в собственную харизму, проницательность и способность видеть будущее. И многое свидетельствует о том, что эта уверенность небезосновательна.

Читайте также: Кто бы мог подумать…? Славяне, нацисты и Россия. Агентство внутренней безопасности Польши (ABW) разоблачило сеть поляков – шпионов Москвы [ТОЛЬКО У НАС]