Обычный человек воспринимает как зло все, что причиняет ему вред или конфликтует с его этическими и религиозными убеждениями. На этом основании исследователи нередко делают вывод, что зло – это оценочное понятие, и потому его следует исключить из объективного анализа социальных процессов. Однако с началом войны украинцы на опыте убедились, что вопрос зла – не абстрактный, а экзистенциальный: он связан с их правом на жизнь.
Однако в общении со своим друзьям, родственникам и единоверцам в России украинцы стали слышать от одних, что никто не может знать всей правды, и считать широкомасштабное вторжение в Украину злом – это всего лишь субъективная оценка, от других, что в войне виноваты обе стороны, и нельзя обвинять одну только Россию, а третьи откровенно называли агрессию добром, а сопротивление украинского народа – злом.
Тот, кто непосредственно видит зло войны, не сможет согласиться с такими трактовками зла:
- агностицизм – «Мы не можем знать, кто виноват в войне»;
- субъективизм – «Вы считаете войну против вас злом – но это ваша субъективная оценка, мы считаем иначе»;
- релятивизм – «Нельзя однозначно определить, в чем именно зло, так как в войне все виноваты, и агрессор, и жертва агрессии»;
- антигуманизм – «Мы напали на вас, потому что вы сами и есть зло, которое надо уничтожить».
Поэтому для украинцев имеет экзистенциальное значение такое определение зла, которое не зависит от субъективных оценок и идеологических предрассудков.
Зло
Зло в широком смысле – это то, существование неприемлемо в ценностном отношении; то, что существует вопреки тому, что, как считается, существовать не должно. Однако такое определение требует уточнения, поскольку допускает два противоположных истолкования, которые следует считать ошибочными на том основании, что они разрушают ценностные ориентиры.
Ошибочные трактовки зла
1. Абсолютизация зла.
Первая ошибка – приписывать зло самой сущности человека, жизни, мира или его части. Такое понимание абсолютизирует зло и приводит к враждебному восприятию действительности и обоснованию человеконенавистнических идеологий. История знает примеры: большевики приписывали зло к социальной природе «классовых врагов», нацисты – к расовой или биологической природе своих жертв. Современная российская агрессия против Украины также оправдывается идеей, что зло якобы присуще самой природе западной цивилизации, которой противостоит Россия.
С точки зрения теистических религий, такая позиция категорически неприемлема, поскольку утверждать, что зло заложено в самой сущности чего-либо, – значит обвинять Бога в создании зла. Хотя в истории существовали учения, приписывающие зло сущности Бога или материального мира, они всегда были разрушительны для традиционных культур. В противовес этому в античности зло понималось как отсутствие или недостаток блага, а в христианстве – как отрицание полноты жизни вследствие ошибочного выбора свободной воли.
2. Моральный релятивизм.
Вторая ошибка – сводить зло исключительно к субъективной оценке. В этом случае человек называет злом все, что кажется ему плохим в конкретной ситуации. Однако то, что плохо для одного, может быть благом для другого. Например, один мужчина был отвергнут девушкой, а другой стал ее избранником. Из этого возникает мнение, будто зло – всего лишь условность или иллюзия, а значит и в агрессии России против Украины все «неоднозначно» и зависит от субъективной оценки. В конечном счете это приводит моральному релятивизму, игнорирующему различие между агрессором и жертвой агрессии.
Недопустимость субъективных оценок в объективном анализе социальных явлений
Обе позиции – абсолютизация зла и моральный релятивизм – активно используются для манипуляции общественным мнением. Обращаясь к одной аудитории, российская пропаганда опирается на представление о Западе как об абсолютном зле, с которым Россия якобы «вынуждена» воевать на территории Украины. Для другой аудитории используется аргументация в духе морального релятивизма: в конфликте якобы виноваты все – и Россия, и Украина, и Запад, – а значит, несправедливо обвинять только Россию.
Научный подход к анализу социальных явлений исключает этические, религиозные и субъективные оценки. В этом контексте зло, как оценочная категория, должно быть выведено за пределы научного анализа. Поэтому важно отличать понятие зла от субъективного суждения «то, что плохо», поскольку такие оценки зависят от точки зрения и обстоятельств, и могут меняться на противоположные. Понятие зла, напротив, должно быть адекватно объективной реальности и не зависеть от личных мнений и убеждений.
Зло как отрицание права на существование
Общее ядро представлений о зле в различных культурных традициях заключается в следующем: зло – это форма отсутствия или отрицания жизни, неполноценная реальность, приносящая страдание. Так, болезнь – это отсутствие здоровья, смерть – отрицание жизни. В социальном измерении зло проявляется как отрицание права других людей на существование. Это выражается в действиях или установках, прямо или косвенно отвергающих человеческую жизнь как ценность. Подобные социальные явления объективны и не зависят от субъективных оценок.
Однако не всякий вред, причиненный поступком, свидетельствует о зле. Поступок несет зло только тогда, когда он мотивирован или обоснован отрицанием права другого на существование, и это обстоятельство является объективным критерием зла, который не зависит от субъективной точки зрения. Такой подход позволяет сформулировать понятие зла в межличностном и социальном измерении.
Военная агрессия России – это зло в объективном смысле
Зло – это воплощение в поступках, причиняющих вред и страдание, такого отношения к другим, которое в той или иной форме отрицает их существование.
Объективность зла не означает, что оно обладает собственной сущностью. Зло – это характеристика отношения, а не сущности. Так, природа злодея сама по себе не является злом. Напротив, зло проявляется тогда, когда человек отрицает свою человеческую сущность. Приписывая зло самой сущности человека, мы тем самым оправдываем отказ человеку в праве на существование и сами воспроизводим зло.
Решение напасть на Украину соответствует данному определению зла. Владимир Путин заявил, что целью вторжения является «денацификация». Под этим термином скрывается политика, направленная на уничтожение украинской идентичности – и это мы можем наблюдать на оккупированных территориях. Таким образом, война была начата на основании отрицания за украинцами права на существование. Это – объективный факт, не зависящий от субъективных оценок.
Отрицание реальности может проявляться не только в прямом насилии, но и в игнорировании, когда жертва перестает восприниматься как живая личность. Это наблюдается в том, как многие россияне искренне верят пропаганде о «спасении» Украины от нацистов, хотя могли бы узнать правду от своих украинских друзей, родственников или единоверцев. То есть они даже близких людей в Украине воспринимают как абстракции, а как живых личностей. Такое игнорирование – это другая форма отрицания существования, не агрессивная по форме, но ведущая к тем же последствиям: поддержке войны, массового насилия и убийств. Но даже если человек субъективно уверен, что желает украинцам добра, искренне веря в то, что Россия «освобождает» Украину, он все равно становится соучастником зла. Субъективное восприятие собственного поступка как доброго не отменяет, что объективно он воплощает зло.
Одним из самых опасных последствий войны становится привыкание к злу – его нормализация. Захват территорий, пытки, убийства мирных жителей перестают восприниматься как абсолютно недопустимые. Однако такая «нормализация» является субъективной: она не отменяет объективное основание понимания зла как отношения к людям, отрицающего их существование. Именно это отношение и реализовалось в войне против целого народа.
Читать также на PostPravda.Info статью Николая Карпицкого: Учеба в Украине во время войны: Простите, что не отвечала во время пары. В подвале тяжело ловить более-менее адекватный интернет
